Инстаматы. Фотографы выражаются печатно

Рынок фотосалонов стагнирует уже много лет — люди предпочитают размещать снимки в соцсетях, а не в семейных альбомах. Однако особо находчивые предприниматели сумели найти доходные ниши и в сегменте фотопечати. В каждом смартфоне камера, в каждом все больше фотографий, но все реже люди их печатают. И в самом деле, это хлопотно — искать студию, скачивать изображения, ждать карточки. Долго, неудобно и немодно. Почему бы не предложить людям распечатывать фотографии напрямую из соцсетей с помощью вендинговых аппаратов в торговых центрах, подумали основатели компании Boft Тос Мовсисян и Артем Гармерян, познакомившиеся во время учебы в финском Технологическом институте в Лаппеенранте. Так родилась идея их бизнеса.

Первый автомат партнеры заказали у производителя вендингового оборудования. На разработку и сборку работающего прототипа ушел почти год. Разместить его согласились владельцы московского дизайн-завода «Флакон» в апреле 2014 года.

Инстаматы. Фотографы выражаются печатно

И сразу стало понятно, что сервис востребован у молодежи — некоторые распечатывали по десять фото за раз. Тогда предприниматели решились вложиться по-крупному. В создание собственного производства под Петербургом и сборку нескольких первых автоматов инвестировали $200 тыс. «Я продал две свои машины, Артем — квартиру, плюс у родственников занимали», — говорит Тос Мовсисян. Каркасы решили делать деревянными: во-первых, это удешевляло производство, во-вторых, автоматы из дерева выглядели более стильно, с намеком на старину — то, что любят хипстеры.

К концу 2014-го партнеры установили более десяти автоматов в Москве и еще три в Санкт-Петербурге — дело шло медленно, владельцы коммерческой недвижимости не очень понимали, кому и зачем нужны эти фотобудки. «Как-то нас пригласил на встречу вице-президент Crocus Group Эмин Агаларов (сын Араса Агаларова, президента и владельца Crocus Group. — РБК) — он где-то увидел наши аппараты, и они ему приглянулись. Его помощница попросила прислать марку и номер машины, чтобы заказать пропуск на VIP-парковку. Я тогда ездил на «четырнадцатой», мне стало стыдно, и я пошел пешком», — смеется Мовсисян. Эта встреча стала судьбоносной — после установки автоматов Boft на площадках Crocus Group вести переговоры с другими ТЦ стало значительно легче; кроме того, начали поступать заявки на франшизы.

Инстаматы. Фотографы выражаются печатно

«Сегодня у нас 45 франчайзи в 21 стране», — хвастается Тос. Продавать автоматы партнерам Boft начала в 2015-м, а по итогам года сеть выросла в десять раз. Аппарат продается за 490 тыс. руб., плюс франчайзи платят 7% роялти и закупают расходники. В Москве и Петербурге стоят исключительно собственные автоматы компании — их более 90, всего в сети более 300 фотобудок. «Средняя выручка с одного нашего аппарата — около €1 тыс. в месяц, но все сильно зависит от локации», — говорит Тос. Например, летом больше всего приносят автоматы в парках. Партнеры утверждают, что окупаются инвестиции в будку за шесть—восемь месяцев.

В прошлом году Мовсисян и Гармерян начали международную экспансию. Зарубежные франшизы обычно покупают русскоязычные бизнес-эмигранты и знакомые основателей Boft. Наибольшие надежды у партнеров были на США, где сконцентрирована аудитория Instagram. Но оказалось, что американская молодежь не любит фотографии на бумаге — автоматы, установленные в торговых центрах, не окупили даже затрат на перевозку. А вот в Азии дела пошли в гору. «Там любят фотографироваться и печатать. К тому же, в отличие от пресыщенных Европы и Америки, в Азии хорошо воспринимают новые продукты. Например, в одном из торговых центров во Вьетнаме автоматы стоят в 30 м друг от друга, и оба прибыльны», — говорит Мовсисян. Развитием франшизы во Вьетнаме занимается франчайзи Тхай Нгуен — бывший одногруппник из института в Лаппеенранте. Еще один партнер, Марк Майер, управляет 60 автоматами по франшизе в 12 городах России, а также в Сингапуре и Гонконге. «В России средняя выручка — 50 тыс. руб. в месяц, в Азии — $1,5 тыс.», — рассказал он РБК. В планах компании — выйти на рынок Латинской Америки, ведь Instagram очень популярен в Чили и Бразилии.

Инстаматы. Фотографы выражаются печатно

Сейчас компания зарабатывает еще и на рекламе — ее крутят, пока печатается фото. Например, в Москве автоматы Boft показывали промокоды на бесплатную поездку с Uber. В прошлом году реклама принесла 2 млн руб. выручки, а совокупный оборот компании превысил 230 млн руб., из которых почти половина — платежи франчайзи.

В апреле 2017 года проект победил в престижном конкурсе стартапов Generation S и получил 5 млн руб. «Мы хотим, чтобы у нас было не 300 автоматов, а 3 тыс. Для этого нам нужны инвестиции, наставники, экспертиза. Именно поэтому мы пошли на конкурс только сейчас — на старте было не до того», — говорит Мовсисян.

Основатель компании Event-shows Алексей Уткин пошел несколько иным путем — он сдает организаторам вечеринок в аренду фотобудки и инстапринтеры, которые собирает своими руками.

Прежде Уткин работал HR-менеджером в крупной корпорации. В 2010 году увидел в интернете интересную штуку — мобильную студию Dance Heads. Два или три человека заходят в нее, садятся на фоне хромакея — телевизионного зеленого фона, надев зеленые же манишки, встроенная камера их снимает, а через пять минут можно увидеть ролик с танцующими под узнаваемые хиты фигурами с лицами «актеров» и забрать диск с записью. Такие развлечения пользовались популярностью в США, а мастер-франшизу на СНГ приобрели украинские предприниматели.

Алексею формат показался интересным, он подумал, что можно поставить такие студии в торговые центры, и уговорил двух своих друзей вложиться в оборудование. Всего на закупку двух станций Dance Hеads потратили порядка 1 млн руб. Однако уже в момент подписания сделки франчайзер объяснил, что этот формат в торговых центрах не идет. «Взрослые люди в обычной жизни стесняются заниматься подобной ерундой. Зато во время застолий, когда гости в кондиции, подобное развлечение идет на ура. Пока кто-то снимается, остальные наблюдают на большом экране, что происходит внутри. Так что весело всем», — говорит Уткин. Предприниматель решил сдавать мобильные студии в аренду для частных вечеринок. Поначалу бизнес шел со скрипом — партнеры разочаровались и продали Алексею свои доли.

Ситуацию спасла знакомая из event-индустрии, которая пригласила Уткина на несколько праздников. По словам Алексея, новинка понравилась обеспеченной аудитории. Первое время особенно много заказов было с Рублевки — выезжали на частные вечеринки сенаторов, депутатов, спортсменов. Стоимость часа аренды «станции веселья» на празднике составляла до 15 тыс. руб., инвестиции удалось отбить через год.

Инстаматы. Фотографы выражаются печатно

Однако после первого всплеска интерес к «Танцующим головам» ослаб. Нужно было придумать что-то еще. Уткин решил, что на вечеринках будут востребованы фотокабины вроде тех, что были еще в СССР. Уткину нужен был мобильный автомат, способный печатать кадры с рамочками, на разных фонах и с дополнительными эффектами.

Первый проект такой будки ему помогла сделать сестра, инженер по образованию. Каркас по собственным чертежам он заказал у фирмы, специализирующейся на металлоконструкциях. Сложность возникла с софтом. «Там требуется довольно сложное программное обеспечение, которое позволяло бы использовать разного рода макеты, а также выбирать, печатать одну большую фотографию или четыре маленьких», — объясняет Алексей. Он нашел бизнесменов из Краснодара, которые тоже занимались фотобудками и разработали ПО, обеспечивающее необходимый функционал. Краснодарцы продали ему технологию за 30 тыс. руб. (впоследствии оказалось, что это всего лишь адаптированная версия американского софта). Всего на создание первой фотобудки в 2013 году Уткин потратил 250 тыс. руб.

«Как сейчас помню первый выезд. Мы работали на мероприятии в ГУМе. И во второй день техника отказала. Был сентябрь, по ночам прохладно. Мы на сутки оставили оборудование в машине, а когда занесли в теплое помещение, оказалось, что там образовался конденсат. Но когда все просушили, автомат начал печатать», — вспоминает предприниматель.

Доходы были меньше, чем при работе с мобильными студиями, но и расходы ниже. Каждый пустой диск, который нужно было закупать у производителя Dance Heads, обходился в $1,6, а себестоимость распечатки одной фотографии не превышала 15 руб. Как правило, стоимость распечатки фотографий входит в стоимость аренды оборудования — 14 тыс. руб. за час. Поначалу Уткин ездил по мероприятиям один, для перевозки оборудования арендовал микроавтобус, затем стал привлекать помощников. Сейчас в штате работают дизайнер и инженер, операторы оборудования привлекаются по необходимости.

Затем Уткин арендовал в Подмосковье мастерскую за 20 тыс. руб., где принялся собирать развлекательную фототехнику. Например, в 2014-м Алексей нашел в интернете модели первых инстапринтеров. Схема работы такая: блогер размещает в соцсети фотографию и определенный хэштег, и фото автоматически отправляется на распечатку. Такие принтеры пользуются популярностью на вечеринках.

Сегодня, помимо фотобудок и инстапринтеров, Уткин собирает и сдает в аренду еще gif-стойки (записывающие закольцованные мини-видео, которые можно выкладывать в соцсети) и другие фотоаттракционы для вечеринок. Среди заказчиков как крупные агентства, так и частники. «В декабре — корпоративы, летом — свадьбы, затишье только в ноябре», — говорит предприниматель. Он уже давно не ездит на мероприятия, занимается в основном продвижением и общением с заказчиками. За прошлый год предприниматель заработал на любви людей к фото 11 млн руб. выручки при рентабельности 47%.

«В какой-то момент у меня случился свадебный передоз», — вспоминает Георгий Кеймах, сооснователь фотостудии «Шипр». Профессиональный фотограф так устал от бесконечной съемки свадеб, что в 2005 году пошел учиться на историко-филологический факультет РГГУ. На первых курсах вуза Кеймах еще подрабатывал фотографией, но потом полностью сконцентрировался на учебе.

Инстаматы. Фотографы выражаются печатно

«К моменту, когда я окончил вуз, оказалось, что фотоиндустрия в корне поменялась — теперь это была высокотехнологичная, почти айтишная профессия с высоким порогом входа. Фотосессии на «зеркалку» людей уже не устраивали — похожее по качеству можно было снимать на смартфон. Нужна была камера почти за полмиллиона», — вспоминает Кеймах.

Его супруга Тамара подкинула идею: сделать ставку не на модную технологичность, а наоборот, на винтажность, и открыть фотоателье с традиционной печатью фото. Георгий решил объединиться с однокурсницей Анастасией Сухомлиновой — они сдружились на почве увлечения фотографией.

Начать решили с малого — купили Polaroid 1967 года за 3 тыс. руб., еще один фотоаппарат взяли в аренду, и в апреле 2012-го стали фотографировать посетителей мероприятий на территории «Флакона» за 200 руб. Гостям нравилось, но о серьезных заработках речи не было — себестоимость каждого снимка была 150 руб. Зато стало понятно: концепция выездного ретрофотоателье вполне может выстрелить.

Партнеры купили на Avito старинную деревянную камеру, штатив, мобильную мини-проявочную 1942 года у старика, который много лет держал фотомагазин на Арбате. «Оборудование, например те же деревянные дорожные камеры, можно купить как за 300 тыс. руб., так и за 3 тыс. — надо просто знать места и правильных людей», — говорит Георгий.

Технология фотопечати сложная, но это часть шоу. Выездное фотоателье представляет собой три зоны: фото, печать и экспозиция готовых черно-белых работ, которые развешивают на прищепках сушиться. В первой зоне человека фотографируют на старинную камеру с «гармошкой», используя мощную вспышку. Далее пленку из фотоаппарата помещают в мобильную проявочную, которая представляет собой накрытый светонепроницаемым чехлом с «рукавами» чемодан, внутри которого ванночки с реактивами. «Вокруг нас на любом мероприятии бешеный ажиотаж, — уверяет Георгий. — Всегда стоит толпа детей и мужиков. Одному надо в камеру посмотреть, другому расспросить о технологии. Это вам не на смартфоне кнопку нажимать».

Инстаматы. Фотографы выражаются печатно

Основной доход фотоателье приносит за счет выездных мероприятий, оплата считается по количеству кадров. Средний чек — 50 тыс. руб. Изначально Георгий и Анастасия всюду ездили сами, потом стали привлекать помощников. «У нас нет сотрудников, есть просто сочувствующие люди, с которыми мы в необременительных отношениях. За работу они получают половину стоимости выезда», — объясняет ретрофотограф. Но бизнес очень сезонный — обычно половину годового дохода приносит один декабрь. В 2016 году выручка фотоателье ​превысила 5 млн руб., прибыль — около половины.

Помимо выездов на мероприятия партнеры проводят фотосессии и мастер-классы по фотографии у себя в офисе (это комната в старом особняке в центре Москвы, которая обходится им в 27 тыс. руб. в месяц). Кроме того, у фотоателье появились точки, открытые по франшизе — в Сочи, Казани и Екатеринбурге. Кеймах помогает им с подбором оборудования и разрешает использовать бренд, пока не требуя роялти. Например, в Сочи работает ретрофотоателье в центре города. «Местные фишки не понимают, зато фотоателье приводит в восторг туристов из Москвы или Питера, они его находят через Forsquare и другие подобные сервисы», — рассказывает предприниматель. Он мечтает накопить денег и открыть фотоателье в Нью-Йорке — как это сделал его кумир, фотограф Джеймс Ван Дер Зи в 20-х годах прошлого столетия.

Взгляд со стороны Дмитрий Меркулов, управляющий сети «Фотопроект» (11 фотолабораторий в Москве)

«Рынок действительно меняется на глазах. Сначала упал спрос на пленочную фотопечать, теперь и на цифровую. Зато на смену обычным цифровым фотографиям пришли фотокниги (каждая страница представляет собой отпечаток, соединяющий обработанные фотографии, комментарии к ним и художественные элементы. — РБК). При этом наши доходы не падают, так как средний чек фотокниг выше на порядки — 2–3 тыс. руб. против 10 руб. за распечатку отдельной карточки. Ежемесячно мы сейчас изготавливаем порядка 4 тыс. фотокниг. С автоматами по распечатке фотографий, которые тоже набирают сейчас популярность, мы не конкурируем — у них более молодая целевая аудитория».

Источник: РБК